Да-цзе-шу



  На главную
  200 школ Востока и Запада
  Путь руки. Вид рукопашного боя
  Кулачное дело на Великой Руси
  Да-цзе-шу
  Тайная сила внутри нас
  Руководство по джиу-джитцу
  Техника самозащиты «чой»
  Трактат о женской самообороне
  Боевые искусства Японии
  Борьба самбо
  Курс самозащиты «Самбо»
  Рукопашный бой обучение технике
  Айкидо
  Каратэ-до: мой жизненный путь
  Истинное каратэ
  Психотехника рукопашной схватки
  Секретные боевые искусства мира



Да-цзе-шу — искусство пресечения боя


Об этой группе китайских боевых техник мало кто знает. Сами китайцы называют их «грязным у-шу», так как в них и речи нет о каком либо благородстве и снисхождении к противнику. Их це­лью, в отличие от традиционных методов ВЕДЕНИЯ, является моментальное ПРЕСЕЧЕНИЕ боя, то есть лишение противника физической возможности его продолжать.

Да-цзе-шу практиковались, в основном, бродягами, нищими, ворами и прочим черным людом, как средство против по­лиции и солдат, которых специальные инструктора обучали в основном шаолиньскому направлению у-шу. Да-цзе-шу пред­ставляли собой комплексы сугубо практических приемов, рассчитанные на борьбу без правил, не на достижение победы, а на причинение противнику максимально возможного ущерба. Эффективность удара или захвата расценивалась прежде все­го с позиций максимальной болезненности, приведения про­тивника в состояние, когда о продолжении боя нет и речи. Прежде всего старались поразить непосредственно бьющие конечности врага, лишить противника желания, возможности и средств атаки.

Во многом это объяснялось тем, что ударить «благород­ного господина» или полицейского, даже в ответ на удар, зна­чило фактически объявить войну всему государству, поставить себя вне закона, собственноручно подписать себе приговор — а короткий встречный тычок в бьющую руку был почти неза­метен и мог сойти за случайность. Вор, убегающий с рынка, не мог потратить много времени на драку с теми, кто пытается преградить ему дорогу — он должен как можно быстрее осво­бодиться, но при этом не превратиться в убийцу, иначе в слу­чае поимки его участь будет незавидной. Одно дело — повре­дить человеку руку, но совсем другое — сломать ему шею. А разбойник, встретившийся на дороге с опытным воином? Куда уж тут думать о победе — здесь главное прекратить бой, отвя­заться от более сильного противника.

Да-цзе-шу — это искусство вставлять палки в колеса, это искусство не дать другому проявить свое умение, это набор всевозможных, зачастую очень жестоких подлостей и хитрос­тей, искусство нарушать правила игры.

Если символом традиционных боевых искусств издавна выступает меч, то символом Да-цзе-шу можно было бы избрать бич, кнут.

Меч — оружие благородное, олицетворение уважения к противнику. Меч решает, кто из двоих сильнейший. А кну­том погонщик загоняет в стойло быка, зная, что бык силь­нее. Кнут — символ презрения, отсутствия всякого уважения, кнут — орудие принуждения, укрощения. Мечи могут вести разговор, кнут — нет. Он только бьет. Именно это так и воз­мущало адептов благородных учений, именно это и внушало наибольший страх.

Да-цзе-шу одерживали победу не только физическую, но и психологическую, лишая противника возможности «сохра­нить лицо» — ведь оно вынуждало просто бояться боли или увечья. Японские ниндзюцу, монгольское бандзо, китайская дуань да, маньчжурский чаньтун, индонезийский пенчак-си-лат — все это по сути стили пресечения боя. Список можно было бы продолжить, например стилем Вин Чун, с его про­стой до примитивности — на неопытный взгляд, конечно — техникой, которая просто не дает свободно действовать ни каратэке, ни шаолиньцу.

Да-цзе-шу не терпят сложностей, неэффективных техник, силовой, лобовой работы. Их задача — не драться самому. И не давать драться противнику. Его просто надо бить, бить больно и жестоко, калечить его руки и ноги, невзирая на то, какую технику он применяет. Да-цзе-шу не способ хорошо драться — это способ не драться вовсе.

В Да-цзе-шу принято разделять боевые школы не по применяемым приемам, а по кинематике и динамике базовых дви­жений, тактике ведения боя и методике преподавания.

У всех людей по две руки и две ноги с совершенно одина­ковыми суставами, и в тактико-технических характеристиках они мало отличаются друг от друга. Таким образом, существу­ет ограниченное, хотя и достаточно большое, количество на­дежных и эффективных способов повредить человеческое тело в определенных местах, которые также не особенно многочис­ленны. Любая система, претендующая на звание «боевой», обя­зана включать в себя все эти приемы, независимо от того, ка­кого вида воздействия в ней считаются более предпочтительными, каноническими, а какие запрещены. Ина­че нельзя — ведь тогда, столкнувшись в бою с запрещенным в этой школе приемом, ее последователь падет жертвой недаль­новидности своего учителя. Отработать же полноценную за­щиту от любого воздействия возможно лишь тогда, когда ваш спарринг-партнер умеет выполнять его правильно, с реальной силой и скоростью.

Зачем далеко ходить — посмотрите на наших поклонни­ков айкидо. Практически никто из них не способен противо­стоять нормальному, резкому удару, нанесенному хоть боксе­ром, хоть каратэистом, ни один из них не способен провести свой бросок против человека, обладающего мало-мальским боевым опытом. Техника айкидо — мертвая техника именно потому, что учителя на тренировках не пытаются ни на шаг приблизить к реальности те атаки, которые учат отражать. Вследствие этого сформированный на тренировке навык не работает в реальном бою — скажу больше, он сам будет яв­ляться препятствием для понимания истинной сути того же самого броска.

Очень важной в бою является проблема скорости движе­ния и реакции. В Да-цзе-шу она решается просто: так как существует некий предел скорости, то существует и опреде­ленный предел времени, за который возможно физически вы­полнить тот или иной простейший элемент. Следовательно, очень выгодно и практично будет «срезать углы», обгоняя противника не за счет скорости, а за счет сокращения коли­чества элементов, необходимых для достижения желаемого. Пусть вы делаете свое движение даже вдвое медленнее — если в приеме противника их пять, а в вашем — два, то вы уже выиграли, так как достигнете цели раньше. Эта же гениаль­ная по простоте уловка идеально решает проблему контроля движения — чем меньше движения, тем легче его контроли­ровать. Теоретически, каждый последователь внутренних стилей через движение стремится к неподвижности, и прихо­дит к ней через углубление смыслового значения каждого элемента.

Новичок, завидев противника, становиться в стойку, де­лает разведывательный финт, делает шаг, наносит удар, при­крывается блоком. Мастеру же порой достаточно взглянуть на противника — и в этом взгляде присутствуют и идеальная позиция, и финт, и удар, и защита — и вот бой пресечен, не начавшись. Техника пресечения боя резко отличается от его ведения. Так, как отличается ловля рыбы спиннингом от ее ловли динамитом, как стрельба на стенде отличается от стрель­бы с бедра, дуэль от охоты.

Да-цзе-шу — искусство охоты на человека, на его слабо­сти, его боли, его стремление к самоутверждению, на его же­лание кулаком доказать свое превосходство. Именно превос­ходство противника, заранее принимаемое как факт и перестает существовать первым...

Это очень старая истина: человек легко переносит удар по лицу — удара не переносит его самолюбие.